|
Бомжовое побоище с мусорами
В субботу, пятого апреля,
Сырой рассветной порой
Передовые рассмотрели
Ментов идущих темный строй.
На шапках мусорские знаки,
На шлемах толстые стекла.
Под ними на прикладах черных
Качались «калаши» слегка.
Все было дьявольски красиво,
Как будто эти господа,
Уже сломивши бомжью силу,
Бухать отправились сюда.
Углом вперед, от всех особо,
Одеты в рваные носки,
Стояли темные от злобы
Псковские пешие бомжи.
Менты их доняли железом,
«Закрыли» их детей и жен,
Их двор пограблен, скот порезан,
Паспорт утерян, дом сожжен.
Их «князь» поставил в середину,
Чтоб первый приняли напор,-
Надежен в черную годину
Бомжацкий кованый топор!
«Князь» поскакал к ближайшей свалке,
И, нах, вскарабкавшись с трудом,
Свинячий труп там отыскал он,
Откуда видно все кругом.
И оглянулся. Где-то сзади,
Среди деревьев и камней,
Его бомжи стоят в засаде,
Держа на привязи «Харлей».
А впереди, по звонким льдинам
Гремя мусарской всякой «бнёй»,
Ментяры едут грозным клином -
Прут беспорядочной толпой.
Был первый натиск их нестрашен.
В пехоту бомжскую углом,
Двумя рядами пеших башен
Они врубились напролом.
Как в бурю гневные барашки,
Среди ментовских шлемаков
Мелькали грязные рубашки,
Простые «пидорки» бомжов.
И в них - нестираных недельных,
Фуфайки на землю швырнув,
Они бросались в бой смертельный,
Широко рот свой распахнув.
Так легче бить мента с размаху,
А коли надо умирать,
Так лучше ихнюю рубаху
Своею кровью замарать.
Они с пропитыми глазами
На мусоров как трактор шли,
До кости пальцы разрезая,
Сжимали лезвия свои.
И там, где бля, дубинки гнулись,
Они в отчаянной резне
Сквозь строй ментовский рубанулись
Плечом к плечу, топор к спине.
Смешались и менты и бомжи,
Щиты, дубинки, калаши,
А «князь» по-прежнему спокойно
Следил за битвою с горы.
И, только выждав, чтоб ментяры,
Смешав ряды, втянулись в бой,
Он, полыхнув ножом на солнце,
Повел "алкоту" за собой.
Подняв бутылки из-под водки,
Достав точеные ножи,
Из леса с криком вылетали
Злые голодные бомжи.
По льду летели с лязгом, с громом,
К немытым мордам наклонясь;
И первым на «Харлее» скромном
В ментовский строй врубился «князь».
И, отступая перед «князем»,
Бросая палки и щиты,
Менты валились прямо наземь,
Забыв про все свои понты.
Стоял суровый беспорядок
Железа, крови и воды.
На месте мусорских отрядов
Легли кровавые следы.
Одни лежали, захлебнувшись
В блевотине за рот держась.
Другие мчались прочь, пригнувшись,
Трусливо в «бобики» садясь.
Под ними «бобики» тонули,
Под ними дыбом лед вставал,
Их «калаши» на дно тянули,
Бронежилет всплыть не давал.
И «князь» бомжей, присев у свалки,
Из-под руки бутыль глушил,
А мусоровов остаток жалкий
К ментовке быстро уходил.
_________________ 
|
Вход
FAQ
Поиск
